Сегодня - Понедельник, 11-Дек-2017,
время 06:50

-Сейчас на сайте
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0






Приветствую тебя Гость  ,ты входишь в группу "Гости"
GISMETEO: Погода по г. Старая Русса

Проект Земля Страница 10

Вернуться назад

Монах висел в воздухе и смотрел на него из глубины балахона. Сергей не мог понять, он еще спит, или уже проснулся. То что он на катере не вызывало сомнений, Сергей помнил как с помощью Милы и Теников, он таки добрался до катера, помнил и как сидел в кресле пилота пытаясь вывести катер в открытый космос. Помнил он и как его будила Мила и они перебирались на кровать. Но что здесь, делает монах, из Земного средневековья? Хотя какая разница, это сон, решил Сергей и успокоился, но на всякий случай проявил учтивость.
- Привет! А ты кто? – спросил он монаха.
- Пилигрим. – Ответили недра балахона.
- А-а. – Согласился Сергей, - А чего пилишь?
- Создатель хочет тебя увидеть. –
- Ну если хочет …, пусть видит. –
- Он видит. –
- А-а, тогда я посплю, - и Сергей перевернулся на спину, Мила зашевелилась во сне и положила голову ему на грудь, Сергей поцеловал ее и понял, что не спит. Но монах? Холодок сознания тревожно пел в хмельных мозгах.
- Он хочет говорить. – Сергей повернул голову на звук и тупо уставился на монаха. – Он ждет. - Серый балахон и ноги в кожаных сандалиях зависли в полуметре от пола. – Приди к нему. – Монах развернулся и сквозь обшивку катера ушел в космос. Мысли в голове вертелись быстрее атомов, хотя их скорости Сергей не знал. Но что это было? Монах. Здесь? Чушь какая-то. Но он же его видел. Или нет? Так стоп. Откуда здесь монах. В космосе? Монахи были, да, но на земле и давно. Земля там. Я здесь. Я сплю. Приснилось. – решил Сергей и успокоился. Он снова поцеловал Милу и, прижав ее к себе, погрузился в дрему представляя себе полет монаха, в сандалях и балахоне в открытом космосе, в вакууме и невесомости.
Он летел через космос, к фосфорицирующему вдалеке шару. Без скафандра, в развевающемся халате, мимо планет и созвездий. От ощущения полета у Сергея по мальчишески захватывало дух. Восторг и озорство вселилось в тело, а шар, неуклонно увеличиваясь в размере и несся на встречу. Наклонившись в перед, Сергей прижал руки к телу и принял горизонтальное положение, хотя какой там горизонт, где верх, он задрал голову и описав окружность вернулся на первоначальный курс. Ого, Сергей согнул ноги в коленях и резко дернувшись в бок завертелся штопором, рывок с той же силой в обратную сторону остановил вращение. Вытянув одну ногу он увеличил скорость, а скрестив на груди руки приобрел устойчивость. Шар, или свет из которого он состоял, наплыл поглотив его и теперь уже космос превратился в шар и удаляясь уменьшался в размерах. Вокруг сгущался свет, он был тягучим и ощутимым. Свет жил своей жизнью. В центре света выросла пирамида из монолитных глыб и поглотила Сергея, сменив яркий свет на матовый полумрак. В центре огромной пирамиды в воздухе сидел старец.
- Так на земле прошли выборы? – голос старца был ироничен и крепок. Сергей от неожиданности втянул голову в плечи и инстинктивно загребая воздух руками начал разворот на манер пловца уворачиваясь от столкновения.
– Вот не ожидал что это возможно. – Потеряв управление, тело Сергея винтообразно кувыркаясь пронеслось мимо старца и направилось к противоположной стене.
- Полагаю это выдумка и фальсификация. – Сергей вытянул руки и ноги в направлении стены, стараясь погасить скорость или по крайней мере смягчить удар о ее каменные глыбы.
– И надо заметить, все это как нельзя кстати. – Руки и ноги уперлись о поверхность стены и Сергей замер.
– Внесло сумятицу в ряды бунтарей, - Сергей на четвереньках пополз по стене.
– А после соития Алхара и Раки, их представительского статуса, победы обернулись поражением. – Сергей перевернулся и сел на стену как на пол.
– А свадьба механиков? – Тело Сергея оторвалось от стены и плавно кувыркаясь поплыло к старцу.
– Такого даже я не представлял возможным. – Сергей скрестил как у старца ноги и остановился зависнув в воздухе под углом к старцу. 
– Вы стали ключевой фигурой, Земляне. – Слабым усилием воли, Сергей переместил свое тело к старцу и расположился на против него. Получилось.
– Рушатся былые устои и понятия. – Старец поднял голову и посмотрел в глаза Сергея и Сергей увидел перед собой пожилую женщину с молодыми глазами и заурядной наружности. Седая борода медленно исчезала.
– Рушатся авторитеты, покой сменяется хаосом, еще не много и от разрозненного мира отделятся сплоченные группы, уже со своими идеями и кумирами. – Сергей молчал. Он бы и рад поддержать разговор, его очень интересовало то о чем говорит собеседник, но он настолько был потрясен происходящим, что не мог понять элементарного и самого главного, этот вопрос безгранично владел его сознанием, он пытался его сформулировать что бы понять, но остатки жмеля еще сильно владели мозгом, если только не заменили его полностью.
– Нет. Ты не спишь. Да. Это явь. – Голос охладил сознание и успокоил мысли.
Представь, все игровое пространство в таком же ступоре. Никто ничего не понимает. Это ведь не логично. Правда? – Панический ужас сковал тело.
Кто ты? - выдавил Сергей.
Создатель.
- Что не логично? – Просипел Сергей дрогнувшим голосом.
- Все не логично. – Заметил Создатель. – Сергей робко прокашлял горло борясь с дрожью в голосе.
– Механиков производят, они не способны к самовоспроизводству. Были не способны. Я проверял программу и не нашел в ней сбоя. Пиратские бароны выбрались на совет, Светлые и Темные перепились на свадьбе Механиков и забыв о вражде хвастают по визору друг другу свои военные секреты и достижения. И это в прямой трансляции на все миры. Границ нет. Все летают куда хотят когда хотят и как хотят. Военные станции, способные залпом испарять галактики, перестреливаются торпедами начиненными спиртосодержащими жидкостями с надписями "от нашего стола, вашему", или " тост за здравие молодых". А что за хоровод вы устроили? Катера и яхты, крейсера и фрегаты, все, что только может двигаться, сцепились друг за друга  и мотаются "змейкой", длинной в несколько сотен парсеков по вселенным. О какой обороне можно после этого говорить? Об обороне от кого? Игра потеряла всякий сценарий и смысл, живет теперь самостоятельно. Теперь не надо привлекать новых игроков, теперь от желающих нет отбоя, а ресурс не в силах вместить столько матричного материала. Правила не работают и никто о них даже и не вспоминает. Все должно было бы рухнуть, но не только не рухнуло, а напротив, приобрело развитие и смысл, не логичный, но более стойкий. – Сергей смотрел в рот собеседнику и кивал головой, соглашаясь с ним, но как не пытался, никак не мог понять, о чем с ним говорят. Только одна боле менее четкая мысль висела в сознании, "только бы не стошнить".
– Я, в первые, не знаю, что происходит, я не управляю более игрой, она управляет мной. Я теперь ее часть, а не она моя.
- Я, не, хотел. – Прохрипел Сергей, и мелкие капли пота пробились через поры кожи головы.
- Столько времени я мечтал, что закончу ресурс, уйду на покой, а тут  врываетесь, ломаете все, весь устой, все правила и законы. Все в тарары. Я уже и не нужен никому, все забыли про меня. Мы, говорят, просто играем и просто живем, мы отдыхаем. Но так не может быть, не должно быть. Да так не бывает, да не бывает так, что б все сами по себе. – старец всплеснул руками и кувыркаясь полетел к стене, срикошетил и взяв таки контроль, вернулся на прежнее место.
- Иди, на, покой ― выдавил Сергей и сосредоточился на дыхании носом, стараясь подавить тошноту.
- Да, наверное пора, - задумчиво произнес Создатель.
В груди защемило, Сергей закрыл глаза, его тошнило. Ему вдруг ужасно захотелось оказаться от сюда далеко-далеко, там где нет ни Механиков, ни Темных ни Светлых, ни Создателей с его чудными пирамидами и монологами, где нет ни кого, где море и прибой, где шорох гальки и крики птиц.
Шорох гальки, переворачиваемой волной прибоя и легкий теплый бриз   медленно входили в сознание. Сергей открыл глаза. Он сидел на краю прибоя и пена от набежавшей волны впитывалась в прибрежную гальку в которую его стошнило. До самого горизонта, над спокойным морем нависло чистое и безоблачное небо. В его глубинах парили белыми точками птицы. Вокруг царили покой и безмятежная тишина. Солнце быстро припекало и новые приступы тошноты извергали в пену прибоя остатки салата и еще какой то закуски. Когда полегчало, Сергей решил перейти к скале врезавшейся в морской берег и отбрасывавшей на пляж тень. На небе ни облачка, только точки птиц парили высоко и величественно, солнце нещадно грело и могучая боль пульсировала в висках. Ноги вязли в гальке и путались, хмель разогретый солнцем накатил с новой силой. Точки на небе быстро увеличивались вырисовываясь в контуры летающих красавцев с могучими телами и широким размахом крыльев, Сергей брел в спасительную тень. 

Резкий крик над головой и Сергей инстинктивно посмотрел на его источник. С голубизны неба на него пикировал белый комок из мышц и шипов, из его раскрытой пасти, обнажившей стройные ряды острых белых зубов вырывались резкие и пронзительные крики и Сергей побежал. Ноги завязли в гальке, запнувшись, в падении, Сергей растопырил руки, а поднимаясь на локтях увидел перед собой птицу с размахом крыльев более двух метров, птичка нагло их демонстрировала, закрывая ими Сергея от солнечных лучей. Впрочем за это, Сергей, на нее, птичку, как то и не обижался, но совместно с крыльями, птичка, демонстрировала и жуткую вонь из открытой пасти, к тому же испещренной ровными рядами, острых, маленьких зубов. Для этого, она с шипением открывала пасть перед лицом Сергея и жутко ей воняла. Телом птичка напоминала большую кошку, а мордой скорее собаку или шакала, но с широкими скулами и клювом вместо носа.
Правее и сзади, раскидав гальку приземлилась еще одна птичка и с шипением влезла на Сергея. Надо отметить что весила птичка не мало, но сколько именно, в данный момент определить было трудно. Птичка постоянно переминалась с ноги на ногу, кроме того она не стригла ногти на своих перепончатых лапах и Сергею было не до взвешивания, когти впивались в тело.
Первая птичка, не собиралась терпеть наглость своей соперницы и между ними произошел конфликт, явно на почве полной взаимной неприязни. А жаль. Теперь они обе топтались по Сергею, вминая его тело в жесткую гальку. Как именно происходил конфликт, Сергей не видел, его лицо постоянно вдавливали в гальку, да и не хотел, а вот поскорее проснуться рядом с Милой, в катере, на кровати, этого он хотел и хотел сильно. Птички вели себя нагло и это никак не вязалось с чувством собственного достоинства Сергея которое так жестоко, в полном смысле этого слова, было растоптано. Напрягшись и сгруппировав тело, он выскользнул из под дерущихся и попытался вскочить, но его не пускали чьи-то руки. Сергей вырывался и пытался их с себя сбросить, но руки держали крепко, до сознания дошли слова Милы, - Тихо зая, тихо. Это кошмар, проснись. – Сергей лежал в кровати и медленно приходил в себя, в кулаке он крепко сжимал отточенную тысячами прибоев гальку с маленькой дырочкой у самого края. – Приснится же такое – пронеслось в голове.
 
Гер и Шангуль  сидели в темноте комнаты и тихо разговаривали. Гер многого не мог понять и по этому часто переспрашивал, а Шангуль  терпеливо ему объясняла. Ее руки теребили волосы Гера и Гер пребывал в состоянии блаженной прострации. Ему было покойно и хорошо, единственная кровать была занята спящим ребенком, а его голова лежала на коленях восточной красавицы. Идея пришла сама по себе, а и в самом деле. Гер рассказал Шангуль  про станцию.
Решение приняли спокойно, а сборы не заняли много времени и через десять минут они вышли за ворота дома со спящим ребенком на руках.
Закрывая за собой калитку, Гер показалось, или он увидел, мелькнувшую возле дома среди деревьев тень, но не придал этому значения, из-за малой теперь значимости. На станции, они уложили девочку в каюте Гера и прошли в рубку управления. Шангуль  с удивлением смотрела по сторонам и прижималась к Геру ища защиту от столько многого неведомого и не знакомого ей. По станции периодически сновали разные агрегаты, а на стенах моргали и горели цветные огоньки. Все это вселяло в душу женщины панический страх и пройдя в рубку Гер первым делом налил и протянул ей напиток. Изобретение Джинов, пользующееся спросом среди пиратского братства, так называемый напиток героев, быстро привело женщину к нормальному восприятию мира, и пока Гер изучал на мониторах состояние станции, Шангуль  осматривала пост управления. Женщина не может долго быть в компании мужчины, не подчинив себе все его внимание и спустя минуту, Гер отдался ласкам любимой.
Звук взрыва отвлек их внимание, один из визоров показывал освещенные пожаром обломки строения, из которого они не так давно ушли. Сомнений не было, горели разрушенный дом Шангуль . Гер усилил звук и в рубку ворвались крики и шум разбуженного селения. Дом горел, огонь перекинулся на хозяйственные постройки, грохот ведер и шипение воды в пламени, причитания женщин оплакивавших погибших при взрыве газа, все слилось в один гул. Газа? В пристройке действительно хранились какие-то емкости, Гер их видел, и в памяти всплыло как от газовой горелки, на которой женщины готовили еду, Шалима относила в пристройку емкость и брала там другую. Без этой емкости, еда не варилась. Газ? Гер повернулся к Шангуль  и увидел в ее глазах ужас. Женщина смотрела на экран визора прижав руки к лицу. То что они видели, никак не внушало ей спокойствие и только вторая порция напитка выпитая в захлеб, привела ее в сознательное состояние. Подрегулировав обзор, Гер выхватил в группе зевак и завывающих женщин, мужчину с ребенком на руках, Рамсан, вскрикнула Шангуль .
Рамсан постоял немного и прижав сына начал пробираться сквозь толпу. Гер вел визир за ним и вскоре экран показал как Рамсан подойдя к повозке запряженной ишаком, посадил сына на тюки и взяв поводья побрел по улице.
- Вот козел – протяжно выдавила Шангуль .
- Нет, - не понял Гер, - с ушами, без рогов. Осел!?
- Урод. – Тем же тоном продолжила женщина. – Убийца.
- Как вовремя мы ушли, - Гер привлек женщину к груди и она тихо заплакала, только тело ее сотряслось от рыданий и редкие всхлипы тонули в мерном гудении аппаратуры рубки. Гер не мешал, хоть и был удивлен такой реакцией на спасение, все же странные они, эти Земляне, радоваться надо, а она рыдает. Женщина, заключил про себя пират и погладил сбившиеся волосы любимой.
 
 
Безделье утомляло а скудность передвижений бесила. Гости давно разъехались и Сергей устав бродить по пустым помещениям все чаще нервничал, после короткого путешествия и пережитых кошмаров, самим летать не хотелось и они вернулись. Лежа в обнимку они назначили очередной последний срок, еще три раза проснемся и идем на катер. Будет Умка или нет, но они твердо решили улетать. В конце концов, его тоже можно понять, женился парень, любовь, что тут поделать. Правда была еще одна сложность, куда лететь то? Но и сидеть тут в помещении без пространства и времени, тоже не было сил.
Срок вышел, Умка постоянно проподал, весь в делах и заботах и ему явно никуда не хотелось. Проснувшись в третий рас и провалявшись как можно дольше, они решительно направились в катер. Дорога не долгая и сотни рас проверенная, входишь в стену и вот ты в отсеке управления, а по тому ребята долго стояли у стены держась за руки. Шаг сделан, Сергей сел в кресло пилота, Мила расположилась в другом. Мерный свет освещал мертвое помещение. Положив руки на пульт, Сергей в последний рас позвал, - Умка, мы улетаем, ты с нами? Мила с надеждой вслушивалась в тишину. Время шло и Сергей сжал подлокотники, корпус слабо вздрогнул, открыв обзор Сергей и Мила всматривались в созвездия. Покинув планету механиков, они сразу ее потеряли. Катер завис в космосе и где там планета с Умкой, в миллиардах звезд за кормой?!
- Куда теперь? – в голосе Милы звучала тревога.
Сергей пожал плечами – В перед, - и резко набрал скорость, унося катер в скопление звезд.
- Кофе будешь? – Мила встала из кресла.
- Давай, - Сергей смотрел в глубины черного пространства.
- Пойду сварю,- поцеловав его Мила прошла в жилой отсек.
Катер стоя на месте, натягивал на себя космическое пространство, звезды колыхнувшись срывались с места и проносились мимо.
Сергей старался не спать, вести катер в пространстве без помощи Умки было опасно. Можно встретиться с космическим мусором, среди которого попадались весьма большие куски комет. Хорошо что катер четко выполнял команды и вообще имел хорошую маневренность. Но всему бывает предел. Очнувшись от дремы, Сергей понял что в любой момент может уснуть. В космосе не остановишься на ночлег, а где найти пристанище он не знал. В общем то он совсем ничего не знал ни о космосе, ни о звездах, ни о маршрутах. Этим всегда занимался Умка, а Сергей всегда просто куда-то летел. В состоянии сна, легко попасть в облако маленьких осколков чего либо, которые спокойно прошьют корпус катера и тогда смерть от удушья и холода. От такой мысли сон проходил, но усталость брала свое и Сергей подвернул к планете с голубоватым оттенком. Погасив движение в близи планеты, Сергей всматривался в ее поверхность, моря и материк, явное преобладание суши. Но ничего напоминающего зелень растений, даже вода не голубая, желтая, и мало.

Разбудил голос Милы - Ой, падаем! – Сергей встрепенулся и наверное сильно рванул управление. Катер вошел в пике. Из-за растерянности Сергей не смог правильно оценить ситуацию и включил торможение так резко и близко от поверхности, что его выбросило из кресла на обзорный экран визора. Тем не менее, катер затормозил и достаточно мягко клюнул поверхность планеты под острым углом. Мила зашевелилась рядом, а катер вспоров грунт вынырнул из него и завис на месте. Двигатели работали на задний ход, что дало эффект движения, и вот уже катер мчался по поверхности взрывая барханы песков и прыгая на них как на морских волнах. С трудом пробравшись до управления, Сергей погасил двигатели, катер дернулся и замер. В наступившей тишине, за спиной Сергея гневно дышала Мила. Медленно поворачивая голову, Сергей истерично засмеялся. Сработала реакция на шок и испуг. Мила лежала на прозрачном полу рубки с пустыми кружками в руках и облитая кофе, на ее лице появилась кислая улыбка переросшая в нервный смех.
Если не считать мокрой от кофе одежды, и ожогов на руках и шее, серьезных повреждений у Милы и Сергея не было. Попытки сдвинуть катер с места не увенчались успехом. Оценив состояние атмосферы, она была вполне пригодна для дыхания, Сергей вышел наружу и придирчиво изучил корпус катера на предмет повреждений, ни трещинки, ни вмятины, ни царапины, ни-че-го, а катер не взлетал. Все вроде работало, но не всем они могли пользоваться, без Умки, катер был изученным и не понятным механизмом в руках дикарей. Сколько они пробыли на катере? Времени ушло много, но и само понятие времени в этих мирах понятие довольно таки относительное. Никто о нем особо не задумывался. Все просто были, и время было, и жизнь и смерть, все было и все это знали. Только Сергей и Мила не могли понять, в их языке не было понятий, которыми можно было объяснить это состояние. Потому и не смогли понять, а приняли то, что есть. Так и с катером. Сергей знал как им управлять, но не знал что им движет, просто катер двигался в пространстве и все. Правда путем экспериментов и проб, ребята выяснили как работает молекулятор и что нужно для того что бы он сварил, нет не сварил, а собрал, из молекул или чего то еще, не важно и не понятно, но так точнее. Так вот, чтобы у них было кофе и булочки, суп и картошка с жареным куском мяса, в сам молекулятор, периодически надо было положить что ни будь уже не нужное. Этого не нужного, хлама взятого с Земли, у них было много, но не настолько, что бы хватило навечно, да и на свадьбу ушла значительная часть этого хлама. К тому же не все годилось для создания жидкости точнее воды как основы всего, и вот настал день, когда традиционного кофе, с утра он им не дал. Чирикнул что-то, и не дал.
- Ну вот, - заключил Сергей, после бесплотных попыток добиться от молекулятора, или от кухни, как его окрестили Земляне, хоть чего ни будь похожего на еду. С запахом, или без запаха, лишь бы поесть чего то мокрого. Почву, смоченную местной водой он поглощал, но выдавал, или яичную скорлупу, или тарелку без супа, чашку, стакан, и даже рюмку, но всегда пустые. А сегодня, даже почву не взял в переработку. Голые и голодные, всю одежду переработал молекулятор, Земляне стояли над кучкой какой то грязи в тарелке вынутой из кухни и молчали.
- Он ей уже сыт, - мрачно пошутила Мила. Сергей грустно улыбнулся и вышел с тарелкой наружу, выкинуть. Вокруг, насколько позволял обзор, была пустыня. Матовый свет местного светила освещал поверхность планеты, а вечные сумерки, здесь не сменялись ни темнотой, ни светом. За все-то время, которое они тут находились, ни одно животное не показалось взгляду, ни одно растение не было обнаружено. Только густой, сыпучий как и грунт, мох. Одна надежда не давала покоя, ведь если есть воздух, то что-то должно его вырабатывать. Но где это, то, что дает им воздух, которым они дышат. Это обязательно должны быть растения, пусть не деревья, но что то с хлороформом.
 
Раки проснулась на груди Алхара и почувствовала что он нежно теребит ее волосы.
- Милый, ты не спишь? Почему? – она приподнялась на локтях заглядывая ему в глаза и женское сердце обнаружило в них тревогу.
- Что-то давно нет вестей от Землян. – Алхар был задумчив и грустен. – На сколько я их успел узнать, их девиз ни дня без приключений. Мне кажется они во что то влипли и теперь в беде.
- Ну что ты милый, Умка давно бы сообщил. Не волнуйся, с ним они в безопасности. – Раки снова легла на его грудь, но сон пропал. В самом деле, а когда они виделись в последний рас? Циклов 40 прошло, да и Умка давно молчит. Раки крепче прижалась к любимому.
- Если Совет прознает, что Земляне пропали … - Алхар не закончил фразы, его перебил тревожный сигнал зуммера.
- Алхар, Мила и Сергей с вами? – за жизнерадостностью голоса Умки чувствовалась тревога.
- Они же у вас гостили, - теперь Алхар точно чувствовал беду, - ты с Гером не связывался?
- Гер видел их еще до свадьбы. – Сразу погрустнел голос Умки.
Раки по военному быстро натягивала комбинезон. Другой она кинула на кровать Алхару. – Где он? Произнесла она кивая на браслет связи.
- Мы на орбите Струсса, у пограничного контроля. Здравствуй Раки.
- Плохой ты вестник Умка. Что делать будем? – Раки любовалась одевающимся Алхаром.
- Умка, забирай нас.  
- Я не могу пройти кордон, я тут яхту … взял.
- Угнал? – Воскликнули Алхар и Раки с удивлением, но если в голосе Алхара скрывался оттенок замешательства, то в голосе Раки звучала гордость.
- Вз-з-ял, на время. - Смутился Умка. Алхар и Раки переглянулись.
- А как же ИКМи? На яхте? Как она тебя пустила на борт?
- Мы договорились.
- Жди на орбите, - Раки склонилась к браслету Алхара, - скоро будем.
 
 
 
- Думаю надо идти, ничего мы тут не высидим. – Сергей решительно встал и побрел к горизонту, Мила молча поднялась и пристроилась рядом.
 
 
 
Очевидно прежний хозяин яхты был весьма состоятелен, внутренняя отделка кают поражала изяществом, предметы роскоши чередовались с замысловатыми артефактами принадлежавшими разным культурам и расам. Находясь в отдельных нишах, все в купе выглядело как неотъемлемая часть интерьера. Раки озиралась по сторонам с выражением ребенка попавшего в сокровищницу, Алхар же напротив сразу прошел в рубку управления и занял кресло капитана.
- Умка, где могут быть Земляне? Умка? Ты ли это? – За своими мыслями Алхар не заметил что вместо привычного "глаза", его сопровождал некий "спрут" постоянно шевелящиеся щупальца которого составляли некий ореол вокруг … того что внутри всего "спрута"? трудно подобрать определение того, что ни на что не похоже.
- Я Лала. – ответил "спрут"
- Нам не было из чего выбирать, - голос Умки звучал из стен, - а на яхте не предусмотрено два ИКМИ, я еще работаю над своей материализацией.
- Извращенные взгляды у хозяина яхты, - Алхар рассматривал Лалу.
- Какой изысканный вкус, - восторженный голос Раки заставил Алхара отвлечься от рассматривания Лалы и повернуться на открытый проем во внутренние помещения.
- С чего ты так решила?
- Имеется слабый сигнал разведывательного катера.
- Где? – Раки шоркала по мягкому половому покрытию спеша в рубку.
- Сигнал слабый, есть только направление.
- Тогда вперед. – Алхар вновь стал капитаном. – Да, Умка.
- Слушаю Алхар.
- А этот хозяин, яхты, он …, ну, - Алхар замялся подбирая слова.
- Не ищет ли он яхту? – нашелся Умка.
- Ну, да. Как он это воспринимает, ну воспринял бы, или если …
- Кри, какая тебе о нем забота, - Раки вошла в рубку вертя в руках изящного вида предмет.
- Он пока не знает о пропаже, ИКМи яхты я блокирую полностью.
- Да он вообще со свадьбы о ней и не вспомнил, - вмешалась Лала, - а прилетел одним из первых.
- Со свадьбы, - ухмыльнулась Раки, рассматривая предмет под увеличением, - о вашей свадьбе, дорогая, только и разговоры. Все репортажи о ней и все передачи со всех миров тоже, так или иначе о ней. Интересно, что это такое?
- Это артефакт с родной планеты Землян. – спрут Лалы завис над Раки. – Их средство связи. Называется " мобильный телефон".

- Странная планета, - Сергей присел рядом с лежащей на земле Милой. – Даже ночь не темная.
- А ты вспомни наши ночи. Земные.
- Зая, ты говоришь про полярный день. Тогда солнце совсем не заходит. А тут солнца нет, а свет есть.
- Днем есть.
- Сейчас ночь Зая.
- И земля тут жесткая, - Мила ворочалась пытаясь устроиться, - и есть хочется.
- Ты не расслабляйся, вставай, - Сергей поднялся, - надо идти.
- Я не могу больше.
- Надо, пошли, - Сергей протянул ей руку предлагая помочь подняться с земли, - Надо идти Зая. Видишь, впереди какая-то дымка. Пойдем, посмотрим.

 
Не дозвонившись до квартирантов, хозяйка открыла дверь квартиры своим ключом. Из кухни пахнуло гниющими продуктами. Сергей и Мила забыли пакет с картошкой и бананами, теперь они испортились. На столе лежали деньги и записка "Спасибо, мы уехали. Извините что не попрощались.", пересчитав деньги хозяйка проворчала.
- И ведь даже не предупредили что съезжают, вот засранцы. А что делать с их мебелью? Вещами? – хозяйка пожала плечами и посмотрела по сторонам.
 
 
 
Лала находясь в режиме ожидания, зависла над креслом пилота в котором спал Алхар, Раки приняла душ и устроилась на кровати хозяина яхты поиграть с земным артефактом, но тоже уснула когда яхта, ведомая курсовым лучом входила в атмосферу планеты. Катер обнаружился сразу, но сигнал землян не прослушивался. Рассудив что перед действиями нужна разведка, Умка не стал никого будить и изучал окрестности около катера. Он старался найти следы пребывания землян, но сыпучий грунт планеты, быстро покрывался песчаным мхом, скрывая любые нарушения грунта. На яхте не было того оборудования, которым в изобилии напичкан катер. Что взять с прогулочной яхты, где только бассейнов было три.
 
 
 
Из дымки начали вырисовываться округлые крыши строений, и Сергей уже буквально тащил, как на буксире, автоматически переставляющую ноги Милу. Вот. Вот она, цивилизация, пища и сон. 

Тяжелый крейсер Сил Тьмы вырос на горизонте, медленно на бреющем, шел в сторону катера.
- Раки, твои пожаловали. – Алхар стоял в десятке шагов от катера и изучал грунт.
- Вижу, - отозвалась Раки – не к добру это.
- К добру не к добру, а пора нам что то делать. - Алхар заметно злился, весь день они бродили вокруг катера, а следов Землян так и не обнаружили. Грунт быстро восстанавливался и уже даже их следов не найти. Местный мох имел удивительную способность, вырежи кусок грунта, а оголенная почва в короткий срок снова зарастала мхом. Но в тоже время мох не рос высоко и не проникал вглубь. Везде, куда не посмотри, ровный ковер мха не выше и не ниже шести сантиметров. Ровно шесть сантиметров жесткого и упругого мха от горизонта и до горизонта.
- Умка, сделай запрос на крейсер, поинтересуйся, что им тут надо.
- Говорят что плановый осмотр планет, только это планета далеко от их границ. Что Лала? Раки, они требуют нас покинуть планету и запрашивают сведения о яхте.
- А яхту, думаю, пора отправить домой. Как считаешь Раки? – Алхар подбоченившись рассматривал крейсер с интересом старого вояки понимавшего толк в судах такого класса.
- Думаю от яхты надо избавляться, пока не поздно.
Яхта тихо поднялась в воздух и развернувшись резко набрала скорость уносясь от крейсера и направляясь в космос.
- Давайте осмотрим местность вокруг посадки катера, шлюзы очистили и можно взлетать.
- Полностью с тобой согласен, Умка, ничего здесь не уви… - сухой и резкий хлопок заглушил окончание фразы Алхара. Несколько секунд Алхар и Раки смотрели друг на друга, и как по команде бросились в катер. Оба хорошо знали звук выстрела пушки распылителя. Использование такого оружия дает множество побочных эффектов в атмосфере, но не возможность снежного заряда их сейчас беспокоила, а бесследное уничтожение яхты и возможность стать следующей мишенью.
- Уноси Умка, летим. – Кричали они наперебой, едва вбежали в катер.
- Уже летим,- деловито произнесла Лала, - не кричите, Умка сильно занят. Включили режим прозрачности и поглощения лучей поиска. Уклоняемся от выстрелов, рекомендую занять кресла и укрепиться.
- Что они делают? Зачем? Какой смысл? – Раки привычно располагала кресло в режим перегрузочного воздействия.
- Не знаю малыш, но добром это не кончится.
- Умка не сможет долго противостоять огню пушек крейсера, предлагает покинуть планету. Алхар переглянулся с Раки, он бы не за то не покинул планету пока не найдет Землян, но подвергать любимую риску тоже не может. – Летим Умка, позже вернемся. – Раки отвела взгляд и как то поникла в кресле.
- Нас тянет лучь захвата. Приготовьтесь к прыжку.
- Какой прыжок? Мы еще в атмосферррр-ррр-ррр-рреее.
- Уже нет. – Механически спокойно произнес Умка. – Лежите спокойно, для вас такой прыжок не может пройти без серьезных последствий. – Манипуляторы мягко обхватили засыпающие тела.
 
 
 
Тревожный звон наполнил помещения станции, казалось звенит и воет вся автоматика. Гер бежал по коридорам на пост управления перепрыгивая через суетящихся роботов босиком и нагишом. Беда, беда, беда, звенела и выла станция. Гер понимал что это сигнал чего то катастрофического, это сигнал вторжения, но от куда???? Неужели прорыв защиты? Но почему тогда автоматика не предупредила об этом? Еще поворот и Гер на посту. Все экраны показывали одно действие, но с разных ракурсов и с разным приближением, на станцию садился модуль. Топорный, допотопный, движимый энергией сгорания модуль. Это значило только одно. Земляне вышли в космос. Схватившись за кресло Гер истерически зашелся смехом, смех тонул в реве станции, но сдержать он его не мог.
Шангуль  вбежала на пост и смущенно отвернулась, следом за матерью вбежала Шалима и прыснула смешком в ладонь другой закрывая глаза. Вид обнаженного мужчины катающегося по полу смутил женщин, таково воспитание. Поймав строгий взгляд матери, Шалима пятясь вышла. Стараясь не смотреть на тело Гера, Шангуль  прошла мимо него к пульту и нажала на кнопку отбоя тревоги. В наступившей тишине, Гер пришел в себя, и всхлипывая поднялся на ноги. Спазмы смеха рвались наружу, опираясь на спинку кресла Гер привлек к себе женщину.
- Это не должно летать, - рука показывала на экран, где модуль, поднимая кучи пыли производил посадку, - не должно.
- Стыдно смеяться. - С укором произнесла Шангуль  прижимаясь к телу мужа, - Могли бы и поделиться технологиями. – Новые слова нравились Шангуль  и она произносила их слегка на распев, как бы перекатывая во рту их звучание.
- Не поймут, далеко, им, уничтожат они и себя и планету. Ими правит жадность. Жадность и доброта, ненависть и любовь. Нет, не поймут. Рано им еще. – И посмотрев на экран опять засмеялся, - но летает же.
Модуль сел в куче пыли и замер.


Вернуться назад